Главная » Церковь и мiр » Стихи и проза » Стихи инокини Ливии. Пристань спасения
Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

Стихи инокини Ливии. Пристань спасения

5 (100%) 1 vote

Здравствуй, уважаемый читатель сайта “Старообрядческая Мысль”!
Предлагаю твоему вниманию стихи инокини Ливии, с которой познакомилась я на Петров пост, в городе Верещагино Пермского края.

Живет она в селе Русская Тавра, что в Свердловской области. И очень радеет инокиня об увеличении числа прихожан: их около 10 человек. Зовет-приглашает в гости: места всем хватит, а может, кому понравится, да и останется!

Впечатления от встречи с таким интересным, мягким, добрым человеком, как инокиня Ливия, я бережно храню в своем сердце. И хоть пообщаться нам удалось всего-то один вечер, ее душа раскрывается в стихах, так бережно написанных в тетради «в клеточку».

Проживает инокиня в Свердловской области, селе Русская Тавра. Желающие связаться с инокиней могут писать на e-mail Юлии Макуниной: mcqueen77@yandex.ru.

ПРИСТАНЬ СПАСЕНИЯ

Пристань спасенья
Зовет ко причалу,
В буре смятенья
Сердечной печали.

Пристань готова,
Во мраке тревоги
Пастыря слово –
Маяк на дороге.

Райской свечою
Нам купол сияет,
Небо святое
Врата отверзает.

Пение чинное,
Радость моления.
Церковь старинная –
Пристань спасения!

РУССКАЯ ТАВРА

(посвящается А.С.С.)

В тишине глухой глубинки,
В тайниках Уральских гор,
Как на сказочной картинке,
Открывается простор.

Скрыл здесь русскую станицу,
Край нехоженных лесов,
От карающей десницы
Новолюбцев и льстецов.

Время камни собирает,
Встал из пепла Божий храм.
Славой вечною сияет
Злат венец святым трудам.

Вновь несется над горами
Велегласный перезвон,
И спешат с колоколами
Дать создателю поклон.

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

ШАМАРСКИМ ЧУДОТВОРЦАМ

Где нет селений и дорог,
Уходят в небо елей кроны:
Сокрыт заветный уголок –
Святое место для поклона.

Вдали от дел земных и смут,
Здесь кров нашли себе два брата,
Убогой кельи малый сруб
Вменивши в царскую палату.

Презрели плоть, смирили кровь,
И к вышним мысли обратили,
Всё упованье, всю любовь
Христу всем сердцем посвятили.

И на земле, как в небесах,
Душою чистой пребывали,
Забывши суету и страх,
Как птицы жили без печали.

Убийц злодейская рука
Святых подвижников сразила,
Ушли наверх – за облака,
Окошко в рай – нам их могила.

И с верой мы туда идем,
Как к маяку средь бурной ночи,
Источник чистый бьет ключом,
И просвещает сердца очи.

ШАМАРСКИЙ КРЕСТНЫЙ ХОД

В дальний путь вела дорога
Наш шамарский крестный ход,
Шел Владыка, Славя Бога,
И спешил за ним народ.

Солнце жарко припекало,
Утомляло от трудов,
Но моленье не смолкало
Чистых юных голосов.

Километры пролетели,
Как один, все двадцать пять.
Чинно выстроились ели,
Чтобы странников встречать.

У скита двух чудных братьев,
Утешающих в скорбях,
Заступающих в напастях,
Укрепляющих в трудах.

И тянулись по тропинке,
Почерпнуть воды живой,
Обрести в святой глубинке
Радость сердцу и покой.

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

ОСЕНЬ И ВЕСНА

Хмурой тучей смотрит осень,
Заступая в свой черед.
Ветер кружит и уносит
Жухлых листьев хоровод.

Но есть верное сказанье
О стране, где век – весна!
Где нет скорби и страданья,
Где любовь и тишина.

Краше царских там чертоги,
И светлее солнца свет,
Нет там сирых и убогих,
Седины осенней нет.

Властно входит и сурово
Осень жизни в каждый дом,
Но согреет веры слово
Сердце ласковым теплом.

БЕЗ НАЗВАНИЯ

Где ты завтра будешь сам,
Сильный гордый и спесивый?
Ты ходил по головам,
Сверху вниз глядел счастливый.

Но познаешь вдруг судьбу –
Грянет гром, уйдет удача,
И надменную губу
Ты прикусишь, горько плача.

Станет всё наоборот,
Люди скажут – «доигрался!»
«По делом тебе, банкрот!» –
Скажут те, над кем смеялся.

Мимо ходит жизнь твоя,
Час придет и для расплаты –
Неподкупен судия!
Безответен виноватый!

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

О МИЛОСЕРДНОМ САМАРЯНИНЕ

(Евангельская притча)

Прохожий при пути лежал,
Страдал от ран невыносимо,
О милосердии взывал,
Но люди все спешили мимо.

Священник рядом проходил,
Встал над избитым он в тревоге,
Его жалел, но сам спешил,
Не мог замешкаться в дороге.

Он думал: «Надо бы помочь,
Да только хлопотное дело,
А дома ждет жена и дочь,
Пора идти, чтоб не стемнело!

А может, сам виновен он –
Бесчинный, может, он гуляка,
И во задоре во хмельном
Затеял здесь скандал и драку.

Для очищения грехов
Могло с ним это все случиться,
Бог так судил, я – кто таков?!
Когда пора мне торопиться!»

Шел той дорогою левит,
Услышал стоны – обернулся.
Увидел – раненный лежит,
Шагнул к нему и отшатнулся.

Он думал: «Надо бы помочь,
Да только позднее уж время,
И самого застанет ночь.
Как потащу такое бремя?

А если сам он виноват? –
В потьмах кто ходит одиноко?
Блудник он может, или тать,
Раз поплатился так жестоко!

И что такому помогать?
Мне для кого себя тревожить?
Когда давно пора бежать,
А он, коль чист, Сам Бог поможет!»

Под вечер шел Самарянин,
Глядит – несчастный умирает,
В крови он весь, совсем один,
И молча смотрит, умоляет.

К нему Он скоро подбежал,
Мыл раны, не гушаясь гноем,
Кто перед Ним – не рассуждал,
Достоин или не достоин!

В свою повозку положил,
Сам брел пешком, боря усталость.
Полночный месяц уж светил,
Как им селенье показалось.

Дал Он гостиннику залог,
Чтоб посмотрел его больного,
Простился рано – путь далек,
Но обещал вернуться снова.

Вернется Он на облаках,
И сядет грозным Судиёю!
На радость добрым, злым – на страх,
Он новый мир тогда откроет!

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

О СВЯТОЙ ПРАВЕДНОЙ СУСАННЕ

Ходила Сусанна по саду,
Гуляла одна, не спеша,
Не знала, что двое в засаде
Всё думали: «Как хороша!»

То старцы избранные были,
Судили мирские дела,
Но в похоти души растлили,
Исполнились всякого зла.

И вышли к прекрасной Сусанне,
Влекомы постыдным грехом,
Сказали: «Склонись на желанье,
Никто не узнает о том!

Должна соглашаться ты с нами,
Иначе сведем тебя в суд,
И будешь побита камнями,
Укажем, что впала ты в блуд!»

Сказала Сусанна: «Увы не!
От вас мне теперь не уйти!
Но с Богом я буду Всесильным,
И может меня Он спасти!»

Тут громко она закричала,
Призвавши на помощь людей,
А старцы ее обличали –
-Бежал, – говоря, – любодей!

И вывели судьи на утро
Сусанну на смерть и позор,
Но юноша некий премудро
Вдруг весь изменил приговор.

– О люди, вы ныне постойте,
Те старцы бессовестно лгут,
Души неповинной не троньте,
Да будет здесь истинный суд!

Воскликнул он, путь преградивши,
Двоих тех просил разлучить,
И, силой исполнившись свыше,
Стал каждому так говорить:

– Хочу я теперь разобраться,
Где видел ты грех тот, скажи?
У яблонь или средь акаций,
И слово свое докажи!

Тут некогда было им думать,
Напал на них ужас и страх,
Один сказал – видел под дубом,
Другой – за сиренью в цветах.

И честь все воздали Сусанне,
До смерти поправшей порок.
Побили тех старцев камнями,
Прославился юный пророк.

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

ПРЕПОДОБНОЙ МАРЬЕ ЕГИПЕТСКОЙ

Беспечно девочка росла,
Но что-то вдаль вдруг потянуло.
И вот, тихонько собралась,
Двенадцать лет лишь ей минуло.

Манил веселый стольный град,
Жизнь начинала улыбаться.
Пошла судьбу свою искать,
И закружилась в шумном танце.

Любила песни и вино,
Ночного тайны маскарада.
Казалось – в этом все дано,
Казалось – в этом вся отрада.

Но сокровенная печаль
Тоскою сердце ей томила
И, глядя в море, прямо в даль
Вздыхала Марья и грустила.

Пришла с дружками к кораблю,
Смеясь, просила прокатиться.
Сказала: «Всех развеселю!»
И стала жизнь опять кружиться…

…Гудит с похмелья голова,
Народ спешит, и Марья следом,
Священный перед нею град,
Соединивший землю с небом.

Все в церковь Божию идут,
Толчется Марья у порога,
Бравадно выпятивши грудь,
Локтями делает дорогу.

Но только входа нет у ней,
Как будто кто-то не пускает,
Стоит в смущенье у дверей,
И слезы к горлу подступают.

– О, Боже Праведный, прости!
Тебя я тяжко оскорбила,
Совсем я сбилася с пути,
Что заповедал нам, забыла!

А слезы капали из глаз,
На землю павши – зарыдала,
Вся содрогнулась, сотряслась,
И сердце в ней затрепетало.

– Восстани, Марья, укрепись!
Тебе Сподручницей Я буду,
Честному Древу поклонись,
За Иордан пойдешь отсюда, –

Глас от иконы так велит…
Восстала Марья – как очнулась,
Идет свободно, вход открыт,
И все внутри перевернулось.

– Я, Матерь Божья, уж не та! –
Твердила с клятвой пред иконой,
Сама теперь меня наставь,
И научи святым законам!

Покой в душе и тишина,
Которых никогда не знала,
У мыса лодочку нашла,
И оттолкнулась от причала…

…Пустыня, белые пески,
Нет зверя, птицы не летают,
Отходит Марья от реки
И голова от пекла «тает».

Что претерпела – не сказать,
Сколь крат, как будто умирала,
Решилась до конца страдать.
И лишь к Сподручнице взывала.

Стремясь все выше к небесам,
Как солнце, Марья просветилась,
Пешком ходила по водам,
Земли не чувствуя, молилась.

Как покаянья чуден путь,
Как страшен грех без покаянья,
А дни былые не вернуть,
И вечным будет воздаянье!

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

ВИДЕНИЕ

(из Отечника)

Спросили странницу одну,
Как та отшельницею стала,
Она же, глубоко вздохнув,
Свою нам повесть рассказала:

-Была я с детства сиротой.
И, как-то, в юности далекой
Запричитала над судьбой,
Как жить мне, бедной, одинокой.

Отца я стала вспоминать –
Был тих, смирен, но часто болен,
Любил молиться и молчать,
А если мог – работал в поле.

В болезнях умер и в трудах.
И тут же буря налетела,
Все почернело в небесах,
Гроза неистово гремела.

Шептали люди: «Он – злодей!»
С большим трудом похоронили,
Помин собрали в девять дней,
И скоро все о нем забыли.

К чему, – мне думалось, – страдать,
Скорбеть, не знать ни в чем отрады?
Куда была умнее мать,
Взяла от жизни все, что надо!

Всегда здорова, весела,
Себя в обиду не давала,
А на язык остра была!
На игры первая бежала.

Вино пивала до пьяна,
Тайком романы заводила,
А как преставилась она –
Играло солнышко, светило.

– Да, буду жить я так, как мать, –
Уже в себе я так решила, –
Меж тем настало время спать,
И страшно вспомнить то, что было…

Мне грозный видом муж престал
И все мои напомнил мысли.
– Пойди, смотри! – так мне сказал,
И высоко с ним поднялись мы.

Вошли в небесный райский сад,
В цветах он весь благоухает!
И вижу там я вдруг отца,
Спешит ко мне он, обнимает.

– Живи как я, – мне говорит, –
И будет здесь тебе награда.
Так хорошо, но только миг:
Спустились мы в заклепы ада.

Везде зловоние и тма,
Бурля в котле, смола кипела.
На самом дне томилась мать,
Терзали змии ее тело.

– Увы мне! – слышу из огня, –
Здесь по делам терплю я муку,
Но пожалей, спаси меня,
Тебе я мать, подай мне руку!

Я потянулась ей помочь,
Но тут же пламя возметнулось,
И с криком отскочивши прочь,
От жуткой боли я проснулась.

Скрывать не стала, где была,
И взяв ярем Христов на плечи,
От той поры сюда ушла,
И жду с отцом любимым встречи.

Купцом на торге смотрит жизнь,
Премудрым выкуп даст богатый.
Открыты двери вверх и вниз
Во свете солнца и заката.

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

САМСОН И ДАЛИДА

– В чем, Самсон, твоя сила?
Ты скажи мне, открой! –
Вопрошала Далида
На трапезе хмельной.

– В чем, Самсон, твоя сила?
Ты скажи мне, скажи! –
Хитро склабясь молила, –
Сам любовь докажи!

И, по малу, сдавался
Легендарный Самсон,
Любодейке вверялся,
Уклоняясь на сон.

А она ему льстила,
Чтобы тайну пытать,
Душу в сети ловила,
В сердце вкралась, как тать.

И с коварством бесстыжим
В дом пустила врагов,
А Самсон был острижен
И к борьбе не готов.

Пробудился средь ночи,
Был разбит и смущен,
Потерял свои очи
Ослабевший Самсон.

Полным подлого смеха
Стал предательский дом.
И на злую потеху
Шел Самсон со стыдом.

Но в плену и презренье
Не сдавался душой,
Не вставал на колени,
А готовился в бой.

Ждал он часа для мести,
И исполнившись сил,
Пал, восстав к первой чести,
Тмы врагов сокрушил.

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

ВИДЕНИЕ

(Душеполезное чтение, издание начала ХХ-го века)

Отшельник одиноко жил
В посте, молитве и молчаньи.
И часто Бога он просил
Сказать ему судьбы и тайны.

Вдруг видит – бездна разошлась,
Спешат все демоны на встречу,
Расселась чинно злая мразь
И князь лукавых вышел с речью:

-Близ, братцы наши, времена,
Уже победа с нами рядом,
Вы только слушайте меня,
Все расскажу, что делать надо!

Любимец первый – блудный бес.
Ступай широкими шагами,
Пусть засмердятся до небес
Все люди в похоти и смраде!

Тебе послужат стар и млад,
Уловишь ты их, опорочишь,
Твоею будет вся земля,
Все станет так, как ты захочешь!

– Ура, ура, великий князь! –
Галдели черные те рожи, –
Пускай, как свиньи, лезут в грязь, –
Когда ж затихли, он продолжил:

– Послушай, шустрый мой народ,
Особый пункт теперь отметим:
Никак нам ходу не дает
Любовь у женщин к сродным детям.

Пусть ненавидят своих чад,
И не дают на свет родиться,
Тогда ликуй преславно ад!
Уже недолго нам трудиться!

– Ура, ура, великий князь,
Как твои мысли гениальны! –
Вопила, торжествуя, мразь,
Но дал он знак им о молчаньи:

– Не унывай, моя братва,
Оставь чащобы и болота,
Иди в селенья, города,
Уже не заперты ворота.

Их песням новым научи,
Пускай меня поют и славят,
Забудут свой небесный чин
И нам во всем пусть подражают.

Кумиры будут их, как мы,
Стеклянный взгляд, одеты в черном,
Крутые парни князя тьмы
Научат всех моим законам.

А им и девушки под стать,
Работать будут нам девицы:
Под нашу музыку плясать,
Как штукатур, замажут лица.

Пусть здесь берут свое с лихвой,
А там – куда уж им деваться?
Ревет огонь, бежит рекой,
И вечно будут в ней купаться!

Еще он долго говорил,
А чернота, смеясь, визжала,
Но вот петух заголосил,
И все видение пропало.

Очнулся в ужасе монах,
В глубоком, тяжком размышленье,
Но вдруг увидел в небесах
Святые райские селенья.

Услышал голос: – «Не тужи!
Тебе палату здесь готовим.
И всем, кто в правде Божьей жил,
Ворота с радостью откроем!

Земное прочь минует все,
Болезни, скорби, смерть и тленье,
Исчезнет жизнь та, словно сон,
Как воссияет воскресенье!»

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

ЗАВЕТ ХРИСТА

Возьми свой крест, иди за Мной,
На бури, скорби и тревоги,
Ищи болезнь , а не покой,
На узкой в тернии дороге.

Возьми свой крест, иди за Мной,
Со Мною вместе распинайся,
Живи, как странник и изгой,
От лютых бед не ужасайся.

Люби лишения и труд
Будь до смерти ты Мне верен,
На небо путь тяжел и крут,
Но каждый шаг твой там измерен.

Терпи смиряйся, не грусти,
Гряди ко мне без колебанья,
С тобой Я буду на пути,
С тобой несу твои страданья.

Зажги свечу, услышь Мой глас.
С любовью, верой и надеждой,
И дам тебе Я светлый час,
Венец и царскую одежду.

Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православиеИнокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие Инокиня Ливия, Русская Тавра, Верещагино, Митрополит Корнилий, стихи, проза, сочинения, монастырь, РПСЦ, старообрядчество, православие

Читайте также

рассказ, Пальчик за стульчик

Рассказ “Пальчик за стульчик”

5 (100%) 6 votes Странно – и в храм хожу, и писания читаю, и молитвы ...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *